Политика конфиденциальности
Без юридических формулировок. Ниже — что именно хранится, кому уходит и чего мы обещать не можем.
Что хранится
- расшифровка голосового или текст сообщения;
- заголовок, краткое содержание, категория, теги и следующий шаг — это результат разбора моделью;
- сам аудиофайл;
- ваш Telegram ID и ник, если он у вас есть;
- адрес почты — только если вы сами его привязали.
Кому это уходит
- OpenAI — аудио, для расшифровки;
- Anthropic — текст расшифровки, для разбора;
- Supabase — база данных и хранилище файлов;
- Telegram — сама переписка с ботом;
- Timeweb — сервер дашборда, Railway — сервер бота.
База данных и хранилище файлов — Supabase, регион Токио (ap-northeast-1). Серверы OpenAI,
Anthropic и Railway тоже за пределами России. В России размещён только дашборд.
Что можно проверить, а не принять на веру
- Чужие записи вам не видны, а ваши — никому. Это устроено в самой базе (Row Level Security,
user_id = auth.uid()), а не в коде приложения, который можно случайно обойти. - В журналы сервера содержимое не попадает. Пишутся только длины и идентификаторы — например
Transcript (412 chars). - Когда обработка падает, оператору приходит уведомление без текста и без расшифровки. Чтобы знать, что сломалось, не нужно читать, о чём вы говорили.
- Исходный код открыт: github.com/vito2005/orbit. Всё написанное здесь можно сверить с ним.
Что придётся признать
- Расшифровка уходит в OpenAI и Anthropic — без этого продукта не существует.
- Аудиофайлы хранятся и сами по себе не удаляются.
- У оператора есть доступ к базе. Технически он может прочитать всё, что вы записали. Средств, которые делали бы это невозможным, здесь нет, и утверждать обратное было бы неправдой.
Полностью закрытое хранение (когда прочитать не может никто, включая нас) в этом продукте недостижимо: модель обязана видеть текст, иначе ей нечего разбирать.
Как удалить
Отдельные записи удаляются кнопкой в журнале — сразу и насовсем. Чтобы удалить аккаунт целиком вместе с аудио, напишите оператору: @alexbuki. Кнопку для этого ещё не сделали, и пока её нет — честнее сказать так, чем обещать.